Зинаида Гиппиус - Том 2. Сумерки духа

Я в себе, от себя, не боюсь ничего, Ни забвенья, ни страсти. Не боюсь ни унынья, ни сна моего — Ибо всё в моей власти. Не боюсь ничего и в других, от других; К ним нейду за наградой; Ибо в людях люблю не себя И от них Ничего мне не надо. И за правду мою не боюсь никогда, Ибо верю в хотенье. И греха не боюсь, ни обид, ни труда Для греха — есть прощенье.

Страх и смерть

И путь двойной томления и дления До молнии. И все-таки утешения религиозной мудрости ей дано не было… После кончины Мережковского, самого близкого ей человека действительно ее духовной половины , ею овладело отчаяние. Написала старательно, сначала ямбическими стансами, затем переделала в терцины строк! В заключение я приведу эти напечатанные терцины, они завершат характеристику глубоко трагической души З. Вскипают волны тошноты нездешней И в черный рассыпаются туман.

Зинаида Гиппиус ( – ) 1. “Я с детства ранена смертью и любовью” , — отмечала Зинаида Гиппиус в году, в своем болезненное, ( отмечает Ю.Зобнин), – страх от возможности оказаться в полном и.

Я именно и прислан сказать вам, что она не может быть кончена. Мы еще вас станем судить. Ян беспокойно поднял глаза на товарища. Глаза были близорукие, черные и выпуклые. Может быть, после суда, мы вас исключим из товарищества, и вам тогда придется перейти в другое училище. Помните же, завтра ровно в восемь. С этими словами Игнатий Самохин встал, показывая, что разговор кончен, обдернул парусинную блузу и потянулся за фуражкой с прикрепленным спереди значком московского реального училища.

Самохин был мальчик лет семнадцати, худой, со впалой грудью, длинноватым бледным лицом, всегда тревожным и старообразным, хотя — не некрасивым. Небольшие серые глаза смотрели остро и прямо из-под густых, светлых бровей. Улыбался он часто, но как-то одним углом рта, без всякого веселья, а со злостью. Когда он встал, Ян тоже встал и схватил его за рукав. Ради Бога не надо.

Зинаида Гиппиус: биография, интересные факты, фото

Писательница любила эпатировать публику откровенными нарядами, шокирующими заявлениями и неординарным поведением. Поэтесса Зинаида Гиппиус Пока одни восхищались работами литераторши, другие выказывали идеологу русского символизма пренебрежение, заявляя, что ее гений достаточно посредственен. Спустя столетия интерес к творчеству и биографии Декадентской Мадонны значительно вырос, и сейчас произведениями поэтессы зачитывается как великовозрастная аудитория, так и молодежь.

ГИППИУС Зинаида. Предсмертная исповедь Моя душа во власти страха. И горькой жалости . Не яд, не смерть будет; Но, с лаской утаенною.

Не лучше ль в тихой безжеланности Уснуть, как спит степной ковыль?.. Зинаида Гиппиус Я в лодке Харона, с гребцом безучастным. Как олово, густы тяжелые воды. Туманная сырость над Стиксом безгласным. Из темного камня небесные своды. Не слышу я лепета Леты. Беззвучны удары раскидистых весел. На камень небесный багровые светы Фонарь наш неяркий и трепетный бросил. Вода непрозрачна и скована ленью Разбужены светом, испуганы тенью, Преследуют лодку в бесшумной тревоге Тупая сова, две летучие мыши, Упырь тонкокрылый, седой и безногий Но лодка скользит не быстрей и не тише.

Упырь меня тронул крылом своим влажным Бездумно слежу я за стаей послушной, И все мне здесь кажется странно-неважным, И сердце, как там, на земле,- равнодушно. Я помню, конца мы искали порою, И ждали, и верили смертной надежде

Зинаида Гиппиус

Мы с тобой так странно близки, И каждый из нас одинок. Беспощадна моя дорога, Она меня к смерти ведет. Но люблю я себя, как Бога,- Любовь мою душу спасет.

Этот ее постоянный страх за Д.С. казался необъяснимым, глупым, иногда Она как бы знает, что Д.С. умрет первым и что смерть его подстерегает.

На бурой стене дворца появляется трещина. Слепая швея наконец продевает нитку в золотое ушко. И Святое Семейство, опав с лица, приближается на один миллиметр к Египту. Видимый мир заселён большинством живых. Улицы освещены ярким, но посторонним светом. И по ночам астроном скурпулёзно подсчитывает количество чаевых. Я уже не способен припомнить, когда и где произошло событье.

Да и само событье - допустим взрыв, наводненье, ложь бабы, огни Кузбасса - ничего не помнит, тем самым скрыв либо меня, либо тех, кто спасся.

СТРАХ И СМЕРТЬ

Страх и Смерть Я в себе, от себя, не боюсь ничего, Ни забвенья, ни страсти. Не боюсь ни унынья, ни сна моего — Ибо все в моей власти. Не боюсь ничего и в других, от других; К ним нейду за наградой; Ибо в людях люблю не себя И от них Ничего мне не надо. И за правду мою не боюсь никогда, Ибо верю в хотенье, И греха не боюсь, ни обид, ни труда Для греха — есть прощенье.

Зинаида Гиппиус: музыка, которую я больше не слышу случая - я не испытывала такого чувства страха перед близостью безумия. что такое смерть, но ещё не выработал свой механизм защиты от неё на.

Я в себе, от себя, не боюсь ничего, Ни забвенья, ни страсти. Не боюсь ни унынья, ни сна моего - Ибо всё в моей власти. Не боюсь ничего и в других, от других; К ним нейду за наградой; Ибо в людях люблю не себя… И от них Ничего мне не надо. И за правду мою не боюсь никогда, Ибо верю в хотенье. И греха не боюсь, ни обид, ни труда… Для греха — есть прощенье.

Лишь одно, перед чем я навеки без сил,— Страх последней разлуки. Я услышу холодное веянье крыл… Я не вынесу муки. О Господь мой и Бог! Пожалей, успокой, Мы так слабы и наги! Дай мне сил перед Ней, чистоты пред Тобой И пред жизнью — отваги….

… Зинаида Гиппиус очень любила, когда ее величали «ведьмой»

Я в себе, от себя, не боюсь ничего, Ни забвенья, ни страсти. Не боюсь ни унынья, ни сна моего — Ибо все в моей власти. Не боюсь ничего и в других, от других; К ним нейду за наградой; Ибо в людях люблю не себя И от них Ничего мне не надо.

Само присутствие Гиппиус в литературе требовало от современников .. « Страх и Смерть», «Божья тварь», «Бранное кольцо», «Оправдание».

Не боюсь ни унынья, ни она моего - Ибо все в моей власти. Не боюсь ничего и в других, от других; К ним нейду за наградой; Ибо в людях люблю не себя И от них Ничего мне не надо. И за правду мою не боюсь никогда, Ибо Верю в хотенье. И греха не боюсь, ни обид, ни труда Для греха - есть прощенье. Лишь одно, перед чем я навеки без сил - Страх последней разлуки. Я услышу холодное веянье крыл

Анализ стихотворения Гиппиус Посвящение

Не боюсь ни унынья, ни сна моего — Ибо все в моей власти. Не боюсь ничего и в других, от других; К ним нейду за наградой; Ибо в людях люблю не себя… И от них Ничего мне не надо. И за правду мою не боюсь никогда, Ибо Верю в хотенье. И греха не боюсь, ни обид, ни труда… Для греха — есть прощенье. Лишь одно, перед чем я навеки без сил — Страх последней разлуки.

Смерть, гибель России - «больная» тема философов, писателей и поэтов начала XX века. З. Гиппиус пишет о страхе смерти.

И путь двойной томления и дления До молнии. И все-таки утешения религиозной мудрости ей дано не было… После кончины Мережковского, самого близкого ей человека действительно ее духовной половины , ею овладело отчаяние. Написала старательно, сначала ямбическими стансами, затем переделала в терцины строк! В заключение я приведу эти напечатанные терцины, они завершат характеристику глубоко трагической души З. Вскипают волны тошноты нездешней И в черный рассыпаются туман.

И вновь во тьму, которой нет кромешней, Скользят к себе, в подземный океан. Припадком боли, горестно сердечной, Зовем мы это здесь.

іНЧЕРЗИЯ - страх и смерть

Жизнь без страха не только возможна, а абсолютно доступна! Узнай как избавиться от страхов, нажми здесь!